Новый вологодский завод способен произвести в отечественном пчеловодстве настоящую революцию

Новый вологодский завод способен произвести в отечественном пчеловодстве настоящую революцию

Первый в России завод по производству пенополистирольных монолитных ульев откроется вскоре в Вашкин­ском районе. С вводом его в эксплуатацию может не только снизиться розничная цена на мед, но и измениться вся культура местного пчеловодства: оно станет более доступным, удобным и безопасным.

Пытливый ум сильнее пред­рассудков?

Эта история началась пять лет назад, когда друзья вологодского предпринимателя Дмитрия Соло­вьева угостили его медом. К тому времени Дмитрий Константино­вич уже был владельцем дома в не­большой вашкинской деревушке Нефедово на живописном берегу реки Кемы. И угощение не просто пришлось вологжанину по вкусу, но и постепенно побудило его за­думаться о возможности создания собственной пасеки.

Никакого опыта пчеловодства у Соловьева тогда еще не было, но зато имелось врожденное любо­пытство, проявившееся еще в дет­стве желание постигать прему­дрости живой природы и умение переводить стоящие перед ним задачи любой сложности в прак­тическую плоскость.

Стал общаться с вологодскими пчеловодами, искать и штудиро­вать соответствующую литера­туру, а потом приобрел у воже­годского пасечника первые шесть ульев. Массивных, деревянных, как и принято у потомственных вологодских пчеловодов. Приоб­рел и ... сразу же столкнулся с мас­сой проблем.

- Ульи действительно оказались тяжелыми и неудобными, дерево разбухало на открытом воздухе, менять рамки было совсем не про­сто. А главное, меня постоянно ку­сали пчелы. – Вспоминает теперь сам Дмитрий.- Сначала утешал себя бытующим среди российских пчеловодов мнением – мол, имен­но злые пчелы производят самый вкусный мед. А потом задумался – кто и откуда это взял, непонят­но…

Не содержалось ответов на мно­гие другие вопросы начинающего пчеловода и в тематических кни­гах, большинство из которых было издано еще в 70-е -80-е годы. Раз­водили руками и вологодские пче­ловоды со стажем – на пытливый вопрос, почему надо делать имен­но так, а не иначе, обычно звучал однотипный ответ: «Так принято, нас отцы и деды этому учили».

Такие ответы Соловьева не удов­летворили, и он обратился за кон­сультациями в рязанский научный центр пчеловодства. Там же предельно откровенно ответили, что за последние десятилетия, к сожа­лению, произошло существенное технологическое отставание оте­чественных пчеловодов от их ев­ропейских коллег. Да – традиции надо чтить, но мир не стоит на ме­сте, в нем стремительно меняются технологии и материалы, а вслед за ними меняются и результаты. Как следствие, во многих россий­ских регионах совокупный годо­вой сбор меда в 50 тонн все еще считается неплохим результатом, тогда как в Европе уже появились семейные промышленные пасеки, готовые в одиночку выдавать «на гора» 80-100 тонн этого сладкого продукта.

Подтверждалось это и инфор­мацией из интернета. Мониторя различные сайты, Дмитрий Со­ловьев вышел на польскую фирму LYSON - одного из крупнейших в Европе производителей обору­дования по пчеловодству. И решил ради эксперимента заказать у нее несколько ульев из пенополисте­рола. Тем более, что поставить их взялся работающий по лицензии с польской фирмой белорусский производитель.

Добрые пчелы примиряют соседей

Поступившие вскоре первые 12 ульев окончательно убедили во­логжанина в правильности выбо­ра. Новинки оказались легкими и удобными – каждый весил при­мерно как крышка от «классиче­ского» деревянного улья. Да и мед в них «получался» как минимум не хуже обычного.

Вот тогда то и решил Соловьев открыть на вологодской земле настоящую промышленную пче­лоферму, но перед этим смог до­говориться с представителями LYSON о прохождении своеобраз­ной практики в Европе. Целый год приезжал туда на несколько дней вместе с взрослой дочерью Евге­нией, так же заинтересовавшейся пчеловодством. И не просто при­езжал, но и постоянно познавал массу нового и интересного.

- Организаторы практики по­казывали и рассказывали нам все без утайки, вместе с ними мы побывали в нескольких европей­ских странах. - Говорит Дмитрий ­Соловьев. – Особенно впечатлила семейная пчелоферма в Польше, где ежегодно получают 120 тонн меда. Несколько сотен пенополи­стирольных ульев обслуживают всего три человека, вернее – один, глава семьи. Его супруга и дочь занимаются оформление догово­ров и фасовкой меда: примерно 60 % его объема продается в бочках, остальные 40 % в небольших ба­ночках – автоматическая линия для этого установлена в подсоб­ном помещении дома. Макси­мально автоматизирован и про­цесс упаковки пыльцы – с этим так же справляются сами члены семьи. Лишь раз в году, на месяц, они нанимают временного работ­ника – собирать и плавить старый воск с решеток. Все остальное де­лают самостоятельно.

И таких пчелоферм в Европе уже множество. Из-за удобства и высокой степени автоматизации труда себестоимость производ­ства меда там не высока, поэтому розничная цена редко поднимает­ся выше 3 евро за килограмм. Но из-за больших производственныхобъемов вести такой семейный бизнес очень выгодно. Фактиче­ски не бывает здесь и знакомых большинству вологодских пчело­водов затяжных конфликтов с со­седями: благодаря генетике, новые породы европейских пчел отлича­ются миролюбивым характером и спокойно ходить среди ульев можно без защитных масок.

Миролюбивые пчелы постепен­но появляются и на немногочис­ленных пока крупных российских пчелофермах, расположенных преимущественно в южных реги­онах страны и в Зауралье. И имен­но в Краснодарском крае весной 2016-го Дмитрий Соловьев при­обрел 300 пчелосемей для своей пасеки в Вашкинском районы. Что бы доставить пчел к месту назначения понадобилась здоро­венная фура и трое суток дороги. Позднее еще 300 пчелосемей были переселены таким же способом на Вологодчину из Нижегородской области.

Новоселов распределили по двум пасекам. Первое лето ушло на разрастание пчелосемей до нужного размера. Потом они дружно отправились на зимовку, которую «краснодарские» пчелы благопо­лучно пережили, а вот «нижего­родские» - нет. Скорее всего, их гибель стала следствием недобро­совестности поставщика, но дока­зать это было уже не возможно. Да и Дмитрий Соловьев не стал это­го делать, тем более, что относи­тельная неудача не оттолкнула его от поставленной цели, а только скорректировала бизнес-планы. 300 оставшихся пчелосемей стали основой показательной пчелофер­мы в деревне Нефедово, здесь же будет действовать и тот самый за­вод по производству пенополисте­рольных ульев.

Когда качество дело совести

Убедить зарубежных партнеров разместить производство на воло­годской земле оказалось задачей трудной, но выполнимой. От ино­странной компании требовались лишь технологии – поставку необ­ходимого оборудования вологод­ский предприниматель оплатил из собственных средств. Кроме того, ­они уже знали, что Соловьев слов на ветер не бросает и свои проек­ты всегда доводит до конца. Более того, за несколько лет взаимовы­годного сотрудничества вологжа­нин стал официальным дилером компании LYSON в России.

Нынешней зимой в вашкин­ской глубинке высадился «десант» зарубежных специалистов. Не­сколько недель они монтировали и помогали отлаживать производ­ственную линию. Если упустить технологические нюансы, пено­полистирольные ульи станут про­изводится из импортного сырья – микрогранул стирола, которые при помощи специальной тепло­вой обработки будут «разбухать», заполняя пространства формы.

Вашкинский завод уже начал работать в тестовом режиме, от­правляя первую, пока еще не окрашенную продукции на свой склад. Полноценная работа нач­нется после того, как будет раста­можена и ввезена в Россию партия специальной водостойкой краски. Заменять «фирменные» красите­ли возможными аналогами Дми­трий Соловьев не намерен – по его убеждению, новое производство должно изначально соответство­вать всем необходимым стандар­там. Помимо самих ульев здесь же, на вашкинской земле, планирует­ся организовать прием пчелиного воска из разных регионов страны и его перепроизводство в вощину. Но это уже плану на чуть более от­даленную перспективу.

- Скорее всего, официально от­кроем производство в начале осе­ни. – Говорит Дмитрий Соловьев. – Есть договоренность с зарубеж­ными партнерами, что если наша продукция будет соответствовать всем установленным нормативам качества – а именно эту задачу мы и ставим во главу угла – пенопо­листирольные ульи они станут ре­ализовывать в европейских стра­нах, спрос на них там высокой. Но мне все же хотелось бы, что бы зна­чительная часть нашей продукции оставалась в России и непосред­ственно в нашей области. Сейчас мы прорабатываем возможность предоставления всем желающим вологодским пчеловодам одно­го-двух ульев в безвозмездную аренду. Пусть сами оценят их воз­можности и преимущества.

При этом Дмитрий Соловьев не исключает определенных психологических сложностей на пер­вом этапе деятельности завода. Отказаться от устоявшихся за десятилетия стереотипов и тра­диций многим пчеловодам будет не так-то просто. Есть и те из них, кто прямо не заинтересован в «вытеснении» деревянных ульев более экономичными, что приве­дет к снижению себестоимости. Не секрет, что в летние месяцы некоторые вологодские пчелово­ды активно скупают сахарный пе­сок. При нынешней высокой цене на мед соблазн получить его бы­стрым путем слишком велик.

Но потребителям выгоден имен­но дешевый качественный мед, а значит своеобразная революция в технологии вологодского пчело­водства необратима. Тем более, что настоящий мед от миролюби­вых пчел в полистирольных ульях действительно ничуть не уступает тому, что собирают «злые» пчелы из деревянных домиков.

Впрочем, для тех, кто давно за­нимается пчеловодством это не новость. Не зря ведь в кругу рос­сийских пасечников уже давно бытует мнение, что качество меда, по большому счету, зависит лишь от одного критерия – совести са­мого пчеловода.

Статьи для пчеловодов